main contact

«Эгоист generation», сентябрь 2006, рубрика «Другое я»

Жертвоприношение

«Слуууушай, — сказала мне одна подружка, из тех, которые спокойно приходят в демократические кофейни в ожерельях от Картье, потому что бриллианты настолько крупные, что выглядят бижутерией. — Я тут о таком интересном человеке узнала. О создателе вамп». «Да? — сказала я. — М-м. А у него не Стокер фамилия?» «Да, — оживилась подружка. — Ты его знаешь?» «Знаю, — сказала я. — Это автор графа Дракулы» Некоторое время подружка помолчала. «А Дракула здесь при чем?» — обиженно спросила она. «Ну не знаю. Ты же сама сказала — Стокер». «Это ты сказала Стокер, — сказала подружка. — Я понятия не имею, как его фамилия. Знаю только, что он открывает у женщин сексуально-энергетический вамп-потенциал».

marina_komissarova-zhertvoprinoshenie

Несмотря на туповатую формулировку, лично я хорошо представляю себе женщину с сексуально-энергетическим вамп-потенциалом. Она бледна и холодна, словно покойница, ее взор направлен в никуда, потому что ничего в физическом мире не способно вызвать в ней оживление… кроме чьей-то страсти. Словно опустошенная Дракулой дева, она блуждает безучастной тенью, пока вдруг не заметит распахнутое окно и не почувствует запах крови. В этом случае вамп летучей мышью устремляется на приглашение и садится на грудь страждущего. О-о, какой дивный сон снится страждущему, пока вамп сосет его кровь. Гамаки, сплетенные из асфоделов, качели над рекой Забвения. Вамп оживает. Розовый румянец карамельным глянцем разливается по ее картонным щекам. Если вамп опытна, страждущий не проснется до конца, а если проснется, то сейчас же опять заснет блаженным сном. Настоящая вамп никогда не будет тянуть кровь из вены жадно, потому что в настоящей вамп нет страстей. Она будет мягко и спокойно надавливать своими мышиными лапками, чтобы кровь текла сама собой. Честно говоря, среди всех чувственных наслаждений нет большего, чем кормление своей кровью настоящей вамп.
С нейрохимической точки зрения чувственное наслаждение выглядит так. В лимбической системе нашего мозга в ответ на определенные стимулы происходят изменения в нейромедиаторной системе, трактуемые как эйфория. «Любовь к сладкому» или «любовь к катанию на лыжах» на нейрохимическом уровне выглядит, как реакция нейромедиаторной системы. Кайф — это возбуждение опиойдов — пептидных трансмиттеров (эндорфинов, энкефалинов, динорфинов). Организмы людей отличаются, однако в основном, они очень похожи. И если опосредованные стимуляторы у всех людей индивидуальны (для одного концерт классической музыкы — райское блаженство, для другого адская скука) прямые стимуляторы для подавляющего большинства людей одинаковы. Героин действует напрямую как заместитель опиойдов, кокаин повышает концентрацию допамина, который в свою очередь влияет на опиойды, а алкоголь, расщепляясь на ацетальдегид, взаимодействует с дофамином и норадреналином, влияя на опиойды еще более опосредовано и даже необязательно, поскольку ацетальдегид на многих людей, особенно в самом начале алкогольного опыта, почти не действует.

Любовная страсть, несмотря на свою, казалось бы, нехимическую природу, — не опосредованный стимулятор, а самый прямой. Строго говоря, любовную страсть вообще нельзя рассматривать как стимулятор, потому что это часть самого механизма. На начальной стадии влюбленности сила кайфа невелика и поэтому невелика зависимость от него, то есть желание погружаться дальше. Человек сохраняет критический взгляд на ситуацию, которая выражается в сомнениях относительно объекта и объективной оценке своего поведения. Объект не идеализируется полностью, а поведение корректируется с точки зрения представлений о собственном достоинстве. На определенной стадии кайф требует усиления дозы путем искажения реальной картины. Озеро блаженства в райских кущах — это адское болото, которое засасывает, заставляя погружаться все глубже. Для погружения объект необходимо все больше и больше идеализировать, а цензуру с собственного поведения снимать, вплоть до полного уничтожения самооценки. Цинично звучит, но сам объект для сильной страсти не имеет ни малейшего значения, хотя на начальном этапе погружения он способен сломать кайф, а вместе с ним начинающуюся зависимость. Что с подавляющим большинством объектов и происходит. Если только это не настоящая вамп.

Чем отличается вамп от нормального человека? Она бесчувственна. Как жертвы фантастического графа Дракулы, из которых он высосал кровь, реальные вамп не имеют собственного механизма чувственного наслаждения. Возможно, он сломан, возможно недоразвит, хотя нельзя исключить существование вамп, достигших такого состояния с помощью специальных практик. Если нормальный человек легко открывается чувственным удовольствиям и поэтому легко становится их рабом, настоящая вамп не знает зависимости, потому что не знает удовольствий, а точнее говоря, не испытывает чувств. При этом вамп отличается от аскета или просто холодного человека. Последним не интересны и даже обременительны страсти других, направленные на них. Если последние случайно становятся объектом чьей-то страсти, они стараются выйти из такой ситуации. Иначе устроена вамп. Чужая страсть оживляет ее, и хотя не приносит чувственного удовольствия, вамп питается чужой страстью как вампир чужой кровью, оживает на одну ночь, с петухами опять становясь мертвой и индифферентной. Вызывая в человеке страсть, вамп словно живет вместо него, ощущает тонус, идентифицируется с ним, а вернувшись в себя, опять оказывается в холодном и мрачном замке.
Как вамп вызывает страсть? И почему никто не сравнится с ней по этой части? На самом деле, как ни горько признавать, но вамп действительно идеальный кумир для несовершенной человеческой природы, падкой до наркотиков. Эйфория от влюбленности по нейрофизическим характеристикам напоминает сон, но любой нормальный человек, став объектом влюбленности, обязательно нарушает чужой сон. И только вамп как сирена способна усыплять влюбленного человека все больше и больше, все глубже погружая его в океан чувственного кайфа. Нормальный человек или ответит на любовь взаимностью или отвергнет эту любовь. И то, и другое действует на влюбленного отрезвляюще. В первом случае вместо сладкой мечты он получает реальное ее воплощение в виде конкретного человека из плоти и крови. Экстаз от реализации мечты в этом случае быстро сменяется чувственной опустошенностью. Опустошенность неизбежна, так как сам по себе объект, как уже было сказано, не является причиной наполнения мозга возбужденными нейронами, а связан с ним чрезвычайно косвенным образом. Всего, чего хочет организм, находясь в кайфе, это увеличения возбуждения нейронов, а для этого необходима все большая идеализация. Если сосуд с алхимической субстанцией слишком рано снять с атанора, остудить и разлить по кружкам, вместо божественного эликсира придется пить обычное пойло. Отвечая влюбленному взаимностью, человек, хочет он того или нет, прекращает процесс идеализации, в состоянии которого находится влюбленный. Разгорающаяся любовная страсть — это и есть идеализация ради усиления кайфа. Реализация мечты — это остановка идеализации и прекращение эйфории.
Если человек отвергает чужую любовь, он делает влюбленному больно, и редкий влюбленный способен обратить эту боль в драйв и продолжить идеализацию. Обычно отвергнутый начинает банально страдать, его мечты перестают быть сладострастными, а приобретают все большую горечь. В конце концов, мечтать о недостижимом объекте становится совершенно невозможно, глупо и бессмысленно. Растревоженная нейромедиаторная система постепенно приходит в состояние равновесия, и влюбленность рассеивается как дым, оставив воспоминание о помутнении рассудка… Настоящая вамп не только способна поддержать помутнение любого рассудка. Она так устроена, что любой рассудок однажды помутившийся на ее счет, имеет все шансы никогда уже не вернуться в трезвую реальность. Если Кай привязал свои саночки к чужим саням, а в санях сидит госпожа Снежная королева, через некоторое время этот Кай окажется на краю света, а возможно даже угодит с этого света на тот.

Как устроена вамп? Как существо нечеловеческой природы. Человеческая природа аддиктивна из-за психической инертности. Все, что нравится нам, имеет свойство вовлекать нас в зависимость. Точнее наш мозг имеет свойство вовлекаться в зависимость от всего, что нам нравится. Природа вамп не аддиктивна. Она не ищет чувственного кайфа, а может быть просто не способна испытывать его. Аддиктивный человек пребывает в постоянном поиске эмоциональной подпитки. Его воли хватает лишь на очень короткие периоды неприятной работы. И даже эти короткие периоды он стремится скрасить удовольствиями. Возбуждающими напитками, стимулирующей едой, утешительным общением и упоительными мечтами. Вамп плывет по жизни как тень. С аффективной точки зрения она действительно мертва и прибывает в холоднокровном созерцании. При этом созерцание тоже не доставляет ей никакого чувственного удовольствия, в отличие от мистически настроенных барышень, воображающих себя божьими невестами и погруженными в молитвенную эйфорию. Вамп все равно. Аддиктивный человек не выносит чужой страсти, на которую он не может ответить. Обычному человеку неприятно все то, что не доставляет ему удовольствия. Простое отсутствие ярких впечатлений воспринимается человеком как скука и доставляет ему страдания. Вамп умеет не испытывать эмоций, ни отрицательных, ни положительных, поэтому ненужную чужую страсть она не просто выносит, это ей любопытно, поэтому вамп всегда обратит внимание на страстно влюбленного в нее человека.
Все, что способна испытывать вамп, — это безучастная ментальная радость от созерцания чужих эмоций. Любопытство вамп сохраняется столь долго, сколько человек способен транслировать в ее сторону поток безумного вожделения. Вамп будет смотреть на вожделение со спокойным одобрением, а едва напряжение спадет, отвернется и пойдет своей дорогой. Она не будет думать о влюбленном дольше, чем длятся его страстные слова, она не будет смотреть на него дольше, чем продолжается его пылкий взгляд. И поэтому влюбленный довольно быстро понимает, что привлечь вамп можно только на запах бурлящей крови. Стихает бурление в крови — вамп исчезает из поля зрения. Настоящая вамп никогда не отвергнет страсть, никогда на эту страсть не ответит, никогда не придаст этой страсти значения. Поэтому она является идеальным сосудом для алхимического эликсира чужой страсти. И лучшим объектом для идеализации. С вамп человек может выйти за пределы эго сколь угодно далеко, вамп примет от него любую степень поклонения и любую жертву. Любовь, направленная на нее, вамп интересна, человека она не видит. Не смотря на очевидный цинизм — это идеальная модель, в которой нейрохимический механизм человеческого кайфа может функционировать на полную катушку. Полная катушка возможна лишь в такой модели, которая не мешает идеализации. Для полной катушки необходима всего лишь болванка, чтобы обматывать ее нитями страсти, увеличивая и увеличивая слои блаженства, словно повышая уровни неба, до седьмого и даже далее
«Ну и как же этот дядька открывает в женщинах вамп-потенциал? — спросила я свою подругу. — Надеюсь он не кусает их в сонную артерию». «Не знаю, — сказала подруга. — Но результаты просто супер. Эти курсы стоят безумно дорого, но цена того заслуживает. Одна моя знакомая после этих курсов вернула в семью гулящего мужа, который имел сотню любовниц и забывал день рождения сына. Теперь, говорят, он ночует на коврике в дверях ее спальни. Я видела эту парочку недавно на ювелирной выставке. Он был похож на охотничью собаку, заглядывающую ей в глаза и ожидающую разрешения кинуться и принести ей любой бриллиант, на который она укажет пальцем» «Ого, — сказала я. — Почему же ты до сих пор не записана на эти курсы?» «Я не прошла конкурс, — вздохнула подруга. — Меня срезали на первом же тестировании. Видимо, я совершенно бездарна как вамп». «Там еще и конкурс?» — восхитилась я. Незнакомый дядька нравился мне все больше. «Еще какой, — сказала подруга. — И вот что я хочу попросить. Не согласишься ли ты пойти на эти курсы? Мне настолько интересно, что я их тебе оплачу. Лишь бы ты сходила посмотреть и рассказала мне. Мне тут сообщили, что бывшая моего нынешнего прошла конкурсный отбор. Я не переживу, если он вернется к ней в качестве охотничьей собаки…» «Ты уверена, что я пройду конкурс?» «Я в этом не сомневаюсь, — сказала подруга. — Уж ты-то сама по себе готовая вамп. На простом языке — стерва». Если бы слова «вамп» и «стерва» были сказано с другой интонацией, я бы, пожалуй, обиделась. Однако, моя подруга сказала это с таким трепетом, что я просто вздохнула. Ну какая же я вамп? И тем более стерва? Бред. Однако дядька с курсов показался мне фигурой занятной.

Продолжение в следующем номере.

© Марина Комиссарова




Главная | Психоалхимия | Публикации | Контакт

© 2009—2017 Марина Комиссарова