main contact

«Эгоист generation», февраль 2007, рубрика «Испытание чувств»

Шоу страсти

Хоть я и не ясновидящая, но ясно вижу, вопрос в глазах среднестатистического читателя. «Куда уехал цирк? Он был еще вчера!» В смысле, куда уходит и как приходит сексуальное возбуждение. Пусть не покоробит ни одну читательскую индивидуальность фамильярное причисление его к среднему большинству. К меньшинству относятся те, кто либо находится в эпицентре страсти и им кажется, что так будет всегда, либо те, кто потерял на это дело надежду и им кажется, что так не будет никогда, либо просветленные, до которых нам всем чрезвычайно далеко. Всех остальных этот каверзный вопрос в той или иной степени волнует.

show-strasti.jpg

Уехал этот цирк туда же, откуда он и приехал. Узнать его точный адрес — значит иметь возможность заказать гастроли. А еще получить по почте каталог и выбрать самую лучшую или самую недорогую программу. Если же пойти еще дальше, можно познакомиться с директором этого цирка и получить контрамарку или даже вход за кулисы. На всякий случай. Чтобы не получилось так, что вы звоните, заказать себе цирк, а вам отвечают: «на ближайшие полгода все гастроли уже заказаны» или «телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети» или совсем ужасное «этот номер аннулирован». И все.

Большинство людей вообще не подозревают о том, что их сексуальное удовольствие — это реакция на специальное цирковое шоу. Им кажется, что это удовольствие точно так же как кайф от приема пищи должно возникать каждый раз, когда они кушают партнера, то есть сексуально его потребляют. Если удовольствия нет, а сексуальный аппетит сохраняется, им кажется, что их партнер им приелся или как-то совсем испортился, а если нет сексуального аппетита, значит что-то не в порядке с их половыми органами по аналогии с пищеварением. Самым умненьким из такого большинства иногда приходят в голову мысли, что невкусного партнера можно залить каким-нибудь эротическим соусом, добавить перчинку, клубничку или, я извиняюсь, изюминку. Что же касается плохого сексуального пищеварения, многие думают, что его можно стимулировать специальными фишками, например, порнографией. Все это, однако, требует немалых усилий и часто вызывает желание плюнуть на это дело, как в случае с капризными детьми или кошками. Не хотят есть манную кашу (сухой вискас), пусть сидят голодными! Проголодаются и все съедят как милые.

На самом деле, секс — это шоу-программа. Искать сексуального удовольствия, не зная об этом, то же самое, что мечтать об удовольствии от циркового шоу, не догадываясь купить билет в цирк. Может быть, вы случайно попадете на представление или вас приведет туда тамошний завсегдатай, но куда надежнее знать туда дорогу самому. Чтобы это узнать, важно усвоить и прочувствовать следующее.

1. Секс — это не оргазм, а возбуждение. Оргазм — это конец секса, сброс возбуждения, достигшего платофазы. Чтобы оргазм как минимум случился, а как максимум — был глубокий и сильный, необходимо создать условия для роста возбуждения и не допустить его спада, то есть фрустрации.

2. Рост возбуждения происходит в процессе сначала прямой (в первую очередь) и лишь затем обратной (во вторую очередь) связи между центральными (мозг) и периферийными (эрогенные зоны) отделами нервной системы. Если возбуждение в центральном отделе недостаточно, не поможет никакая физическая стимуляция эрогенных зон. Зоны будут нечувствительны и стимулировать их будет утомительно и бесполезно.

3. Чтобы вызвать высокое возбуждение в центральном отделе, необходимо, чтобы сексуальная ситуация совпадала с сексуальным сценарием, то есть набором эротических образов, которые человека возбуждают. Ждать, что реальность сама собой совпадет с этим набором, это значит ждать, что уехавший цирк приедет когда-нибудь сам. Цирк приезжает сам иногда, но не так часто как хочется и не с той программой (не с супругом, к примеру)

4. Чтобы создавать возбуждающие ситуации специально, нужно как минимум знать свои сексуальные паттерны, то есть тот самый сценарий. Он есть у каждого человека, но у большинства в виде бессознательных и полубессознательных обрывочных образов, впечатлений и ассоциаций, которые весьма плохо складываются в конкретные картинки.

5. Осознать и скомпоновать в целостный сценарий сексуальные ассоциации и образы — это значит получить в руки ключ от собственной сексуальности, автоматически запускающий сексуальное возбуждение и помогающий его усиливать до стадии плато, то есть до оргазма, на силу которого тоже можно воздействовать. Это зависит только от осознания.

6. Понимание каждого из пяти предыдущих пунктов является важным шагом на пути к власти над своим сексуальным удовольствием. Последние пункты чрезвычайно сложны на практике, но даже знание об их существовании, уже проясняет некоторые моменты в собственной сексуальной жизни и избавляет от некоторых проблем.

По своему электоэнцефалографическому описанию оргазм похож на эпилептический приступ. При начале эпилептического приступа так же как и при начале оргазма происходит нарастание быстроволновой низкоамплитудной активности билатерально и синхронно в височных отведениях. Сам рост возбуждения, приближаясь к платофазе, выглядит как приближение к приступу: замедляется электрическая активность мозга, увеличивается амплитуда медленных волн с частотой, близкой к 3 Гц. Почти так же выглядит стадия вхождения в глубокий транс при психоделических трипах. Нет сомнения, что сексуальное возбуждение — это измененное состояние сознания. Измененное сознание с эволюционной точки зрения — это нейрохимический шанс для перестройки нейронных связей, то есть для активизации новых ресурсов мозга.

Само по себе измененное состояние сознания никаких ресурсов мозга не активизирует, вот почему эйфорический опыт, получаемый от галлюциногенов и других психоактивных веществ бесполезен или вреден. Можно сравнить этот процесс с нагреванием глиняного сосуда. Глина становится мягкой, однако лишь скульптор может лепить из нее что-то. Если человек не скульптур, искусственно нагревать свой сосуд не стоит, можно поломать то, что есть, а вылепить что-нибудь получше методом случайного тыка нельзя. В шаманских практиках галлюциногены — лишь горючее, а дорога шаману известна и есть транспорт. Сильное сексуальное возбуждение — по всем нейрохимическим характеристикам можно отнести к эндогенному психоделическому сеансу. Степень погружения в транс зависит от степени возбуждения. Чем дальше человек идет в своей эволюции, тем более сложный психический и психологический механизм имеет его возбуждение. Чем примитивнее мозг, тем бессознательнее психическая жизнь и тем меньше сексуальный транс при возбуждении. Какое измененное состояние сознания может быть у того, у которого сознание в зачатке? Чем сложнее организация мозга, тем глубже сексуальный транс, сильнее изменение сознания, и тем сложнее достигнуть возбуждения и труднее потерять контроль. Для подключения эндогенных психоактивных резервов требуется специальная практика, которую люди игнорируют и поэтому не имеют над возбуждением власти.

Когда братья Маккена предположили, что развитию интеллекта хомо эректусов и их превращению в хомо сапиенсов способствовали галлюциногенные грибы, а Оруан ту же самую роль отвел мочевой кислоте, стимулирующей мозг, все они промахнулись мимо того, что лежало под носом: сексуальное возбуждение- это мощный дренаж психических ресурсов и вывод психики на уровень новых резервов. Сложно представить, что такой потенциал мегапсихических процессов, который активизирует возбуждение, существует в эволюции ради одного лишь «поощрения инстинкта размножения» как любят объяснять эволюционную роль сексуального наслаждения. В этом случае возбуждение имело бы более простой механизм и, как у животных. Сам по себе оргазм не нуждается ни в каком трансе, он может начинаться и на низкой стадии возбуждения, лишь бы произошла нейрохимическая сцепка с платофазой. Чем сложнее мозг, тем сложнее происходит эта сцепка, тем более глубокий транс для нее необходим. В трансе нуждается сам мозг по мере своего усложнения. Если животное для получения разрядки должно всего лишь оплодотворить самку, чем умнее человек, тем больше ему необходимо выкручивать свое бессознательное, вытряхивая оттуда и осознавая деструктивные тенденции.

Связь деструктивных тенденций с возбуждением очевидна. Людей возбуждают всего два типа сексуальных сценариев — мазохистический (растворение в объекте) или садистический (обладание объектом), причем с сокращение дистанции между человеком и его партнером требуется усиление жесткости сценариев. Пока партнер недоступен или малодоступен или недавно стал доступен, человека может возбуждать мазо или садо сценарии в романтическом контексте. Чем доступнее партнер, ближе и стабильнее с ним отношения, тем больше сценарии должны избавляться от своей ванильной глазури, иначе они перестают быть возбуждающими. Этот механизм не случаен. Свои деструктивные бессознательные тенденции человек должен обнажать и отрабатывать, а не скрывать под фальшивой мишурой возвышенных чувств. Возвышенные чувства не нуждаются в сексуальном удовлетворении и вполне довольствуются дружбой. В сексуальном трансе нуждается бессознательное. Если человек достаточно смел и гибок, чтобы признать и принять свои деструктивные тенденции, он получит в награду сексуальное наслаждение. Не сексуальную разрядку, как животные. А экстатическое переживание. Как награду и аванс. Чтобы двигаться дальше. Отрабатывать деструктивные тенденции, избавляться от них, выуживать из бессознательного следующие и осознавать их, опять получая сексуальное вознаграждение в виде возбуждения и экстаза.

© Марина Комиссарова




Главная | Психоалхимия | Публикации | Контакт

© 2009—2017 Марина Комиссарова