main contact

Любовная независимость

«Эгоист generation», сентябрь 2006, рубрика «Испытание чувств»

Всем хороша любовь: и приятна, и занятна, и даже в определенной степени полезна. Но затягивает. И затянув, очень часто совершенно отбивается от рук. В смысле, выходит из-под контроля. То есть в тот момент, когда она уже и невзаимна, и неприятна, и очевидно вредна, прекратить ее по собственному желанию очень трудно.

9-2006-ispyt.jpg

Любовная мечта оказывается на самом дне глубокого темного колодца, который засасывает как черная дыра, отбирая все силы. Кажется, что обратно как будто кто-то не пускает, нужно обязательно добраться до дна, схватить за хвост эту мечту и с тем уже вынырнуть на поверхность. Собственно, в это время «мечта» — уже не то слово. «Жизненно важное» — вот что становится более точным для обозначения дна этой магнитной воронки, в которую превращается несчастная любовь. Кажется, что задача любви в это время забрать у человека все его силы, а потом вынуть из него его личность и сожрать, словно кровожадная архаическая богиня.

Кровожадная богиня, между прочим, и есть. При том самая, что ни на есть архаическая, то есть древняя. С точки зрения филогенеза, то есть развития вида, возникновение любви относится к раннему этапу формирования у хомосапиенсов культуры. С точки зрения онтогенеза, то есть развития организма, зарождение любви относится к самым ранним этапам формирования человеческой психики. Одним словом, и в культуре людей, и в психике отдельного человека любовь занимает глубокий бессознательный слой. А к бессознательному апеллировать бесполезно. Не принимает бессознательное никаких апелляций и никак не отвечает на них. Наоборот. Любой символ, который человек имел неосторожность активизировать в своем бессознательном, начинает приобретать силу от внимания к нему, не важно, со знаком плюс или минус. Бессознательное не различает плюса и минуса, оно аморально, точнее имморально, то есть находится вне морали. Для бессознательного имеет значение только сила эмоций, потому что формируется бессознательное задолго до сознания на базе аффективной сферы, то есть сферы эмоций. Чем больше человек страдает, чем больше он хочет избавиться от любовной зависимости, тем мощнее становится магнитная воронка. Вожделенный образ любимого объекта может вырасти до размеров Бога и стать центром Вселенной. Каждая мысль человека о том, как несчастна его любовь, — это дополнительный импульс, заставляющий его самооценку вращаться все более центростремительно вокруг любви. Самочувствие начинает зависеть только от того, есть ли надежда на взаимность. Вот почему человек ни за что не желает расстаться с этой надеждой, лелеет ее и тем самым все больше и больше насыщает любимый образ своей энергией, которой у него становится все меньше и меньше, потому что энергетический центр подключен к иллюзии.

Энергетический центр человека — это его самооценка. Когда самооценка оказывается в зависимости от отношения другого человека, а этот человек не отвечает взаимностью, происходит быстрое энергетическое истощение. Энергия — это не пустой звук. Жизненный тонус человека зависит от нейрохимического состояния мозга, а нейрохимическим состоянием управляет внимание. Стоит переключить внимание с неприятных переживаний на приятные, как в мозгу прекращается обратный захват нейромедиаторов, и настроение человека повышается как температура на термометре, опущенном в теплую воду. Пока человек управляет своим вниманием, он управляет и своим состоянием. Как только внимание оказывается в плену навязчивой идеи, нейрохимическая картина мозга стремительно ухудшается, и энергии у человека не остается. А без энергии переключить внимание уже нет сил. Вот почему на ранней стадии несчастной любви, человек может, но не хочет переключить свое внимание, а на более запущенной стадии хочет, но уже не может. В этом смысле несчастная любовь является самой настоящей психической болезнью, в большинстве случаев обратимой, но таящей в себе шизогенный фактор, то есть способной вызвать необратимые нарушения. К несчастной любви человеку лучше относиться как к опасной инфекции. Если вирус не блокировать на ранней стадии, неизвестно, сможет ли потом справиться с ним организм. Иммунитет в случае заболевания несчастной любовью укрепляется только расширением сферы интересов. Все, что акцентирует внимание на объекте, делает инфекцию сильнее.

Это если вкратце. Ну типа экспересс-лекции о венерических заболеваниях для студентов-немедиков: инфекция опасная, передается половым путем, основное средство предохранения — презерватив. Такие лекции вещь хорошая, но в случае профилактики несчастной любви бессмысленная: во-первых, на сердце презерватив не наденешь, а во-вторых, кому нужно такое сердце…в презервативе? Так что вместо лекции для студентов-немедиков уместнее будет лекция для студентов-медиков, то есть таких студентов, которые должны быть не только достаточно напуганы опасной инфекцией, но еще и осведомлены по части ее лечения. А так же должны знать хотя бы приблизительно, где эта инфекция локализуется и каким образом подавляет иммунитет, захватывая организм в плен.

Прежде всего, и медикам, и немедикам необходимо знать, что идеальный иммунитет способен справиться с любой инфекцией. Относительно любых психических инфекций идеальный иммунитет — это независимая самооценка. Вряд ли кто-нибудь из простых смертных может похвастаться идеальным иммунитетом. Еще более сомнительно встретить обладателя независимой самооценки. Наша самооценка зависима, но делая ее более независимой, мы повышаем энергетический иммунитет. Никакие энергетические нападения на человека с независимой самооценкой невозможны. Такой человек внимательно выслушает самую обидную критику, и не испытает ни малейшей обиды. Такого человека невозможно ни уязвить, ни унизить, поскольку его самооценка никак не связана с мнением о нем других людей. При этом человек ни в коем случае не является высокомерным или безразличным. За высокомерием и безразличием всегда скрывается страх перед отношением других людей. Если самооценка человека независима, ему незачем быть высокомерным и безразличным, он вполне может быть открытым и участливым, ведь контакт с людьми никак не может ему повредить. Высокомерие и безразличие — это маски, и как любые маски, они защищают только снаружи. Даже если такому человеку удастся сохранить при конфликте так называемое лицо, его самооценка все равно пострадает, поскольку часто лишена даже того малого иммунитета, которым обладают невысокомерные и небезразличные люди.

Еще более опасное энергетическое нападение — лесть. Если язвительные замечания большинство взрослых людей умеют кое-как нейтрализовать, особенно, если это замечания посторонних людей, а не самых близких, нейтрализовать лесть намного сложнее. Когда человеку пытаются нанести обиду, он всегда может отклониться в сторону, потому что это открытое нападение. Он может подумать: «Ага, меня пытаются обидеть. По всей видимости, они сами обижены мною или обижены по жизни. Бедняги». Если самооценка человека не больна до степени инвалидности, ему обычно хватает ума, не воспринимать все обидные слова, произнесенные в его адрес, как объективную оценку его достоинств, а понять, что это просто — нападение, желание сбить его с ног или с толку. В этом случае суть сказанного полностью нивелируется, не анализируется и тем более не присваивается. Кто будет всерьез анализировать простую брань? Если противник был ранее обижен человеком, он вызовет чувство сожаления, если он обижен по жизни, — жалость. Самооценки не касается ни то, ни другое.

Куда коварнее и разрушительнее действует лесть. Немногие знают, что даже самая искренняя и восторженная лесть делает в ауре (психическом иммунитете) дырку куда более опасную, чем самая обидная критика. Присвоить неконструктивную критику полностью может только психологический инвалид в состоянии тяжелого обострения комплекса неполноценности. От анализа конструктивной критики здоровая самооценка пострадать не может, а даже если пострадает, в конструктивной критике всегда содержится элемент, открывающий поле деятельности. Деятельность — ключевое слово для понимания сущности здоровой самооценки. Здоровая самооценка — это реалистичные представления человека о том, что он способен сделать. Даже если конструктивная критика первоначально делает дырку в ауре человека, она же, будучи отработанной, способна укрепить его самооценку, а вместе с ней иммунитет. Такую дырку, будь она даже крупной и болезненной, можно считать неопасной. Во-первых наружной, то есть очевидной, во-вторых, не гноящейся, то есть легко затягивающейся в ответ на простые санитарные действия. Дырка от лести может быть небольшой как иголочный укол, но это дырка внутренняя, то есть неочевидная, и ее просто так не обнаружишь. Кроме того, такой энергетический укол ауры несет за собой проблемы. Он гноится и может разрушить довольно большую площадь.

Каким образом лести это удается? Во-первых, лесть чрезвычайно приятна и выглядит позитивно, вот почему ее обычно заглатывают внутрь целиком, не фильтруя и не анализируя. Во-вторых, лесть кормит самооценку сладкой отравой, то есть человек чувствует себя очень ценным в чужих глазах, наслаждается взглядом на себя со стороны, и его самооценка теряет всякую независимость. Если до этого он находился в сбалансированном, сконцентрированном, то есть в рабочем состоянии, проглотив лесть, он расслабляется как от большой дозы алкоголя. В расслабленном состоянии он не только становится легкой добычей для негативных энергетических нападений, но и может раздуть свою самооценку до иллюзорных масштабов. Когда приходит отрезвление, а оно обычно не заставляет долго ждать, человек оказывается слабее, чем был, неустойчивее, а главное страдает от похмелья и нуждается для психологического баланса в новой лести. Вместо того, чтобы обратиться к деятельности, он придумывает способы, как получить еще лести. В точности как алкоголик, озабоченный абстинентным синдромом. И так же, как от наркотических веществ разумный человек старается держаться подальше, хотя и знает, что от них может быть приятно, этот разумный человек должен избегать глотать лесть, даже самую бескорыстную, а отклоняться от нее точно так же, как от язвительных замечаний. «Ишь ты, человек решил меня подбодрить. Наверное, он в добродушном настроении, а может быть добродушен по жизни. Симпатяга». И все. Большего внимания никакая лесть не заслуживает.

Если склонность питаться лестью — это психологическая зависимость, требующая для излечения отказ от таких возлияний, несчастная влюбленность — зависимость еще более сложной природы. Человек со здоровой самооценкой не способен оказаться в положении несчастного влюбленного. Он может симпатизировать человеку, который не любит его, но никогда не будет его полоумно вожделеть. Полоумное вожделение — это замена своей самооценки оценкой возлюбленного. Если это происходит в момент взаимного сексуального транса, то есть изменения состояния сознания во время полового акта, этот процесс можно считать мистическим опытом, позволяющим человеку прочувствовать границы собственного эго. Возвращаясь в нормальное состояние, здоровый человек обретает свое эго обратно, и если его самооценка независима, не испытывает в своем состоянии никаких кардинальных изменений. Человек со слабым психическим иммунитетом способен лишиться контроля над своим эго даже и без совместного сексуального опыта. Влюбившись, он перманентно начинает находиться в состоянии эмоционального и (или) сексуального возбуждения, воспринимая это нездоровое состояние как упоительный поток божественных флюидов. Именно такие люди радуются влюбленности как дети. Им не приходит в голову сомневаться в ответном чувстве или анализировать свое неадекватное состояние. К черту анализ! К черту сомнения! Ведь это такое счастье — полностью отдаться любви! Если человек, наевшийся до отвала лестью, осоловело зависает над землей как раздувшийся мыльный пузырь, безумно влюбленный порхает высоко в облаках как воздушный шарик. Ура! Наконец-то пришло щастье!

Вопрос в следующем. Откуда это щастье привалило? Может быть это ангелы умилились, глядя на страдания человека, и наградили его раем при жизни? Или он сам путем кропотливой алхимической работы трансформировал свою природу в ангельскую? Или это та самая нирвана, о которой говорил Будда, и намекал, что любой смертный может достичь ее в состоянии просветления? Увы. Это всего лишь обычное сумасшествие. Добровольное, но от этого не менее болезненное. Как маниакально-депрессивный псих, устав от периода депрессий, спит в трехуголке, не сомневаясь даже во сне, что он гений и великий французский полководец, так безумно влюбленный обретает блаженство, став воображаемым женихом (или невестой) лучшей на свете женщины (лучшего на свете мужчины). Психически здоровому человеку трудно понять, как можно убедить себя в том, что ты Наполеон, погибший двести лет назад. При этом люди, считающие себя психически здоровыми, способны потерять голову от счастья, что они повстречали Таню или Петю. Ну повстречали, и что? Как говорил Будда: встретишь Будду, убей его. Потому что нечего сводить себя с ума иллюзиями бесконечного счастья от причащения к божеству в человеческом теле. Это немногим лучше, чем спать в трехуголке.

Если возлюбленный такого безумца отвечает ему взаимностью, безумец имеет шанс спуститься на землю, погрузившись в бытовые заботы о семье. К сожалению, безумно влюбленный имеет на взаимность очень мало шансов. Любовный неадекват кажется привлекательным состоянием только для того, кто в нем находится. Со стороны это выглядит жалким. И Тани, и Пети обычно сбегают, когда им пытаются нахлобучить на голову трехуголки. Безумно влюбленный, от которого сбежал его Будда, приходит в состояние паники. Это паника наркомана перед ломкой, ужас перед возвращением на землю, которая после рая кажется кромешным адом. Безумно влюбленный не понимает, как он раньше жил без любви в этом сумрачном хладном мире, но очень хорошо понимает, что не хочет туда возвращаться. Что делает человек, когда его охватывает паника?? Судорожно ищет выход. Единственный выход, который приходит в нетрезвую голову безумно влюбленному — свято верить в то, что рай вернется. С каждым днем такой человек заставляет свой бедный мозг все больше сходить с ума. Он становится мистичен как шизофреник, ему повсюду мерещатся символы и знаки, ответы на вопросы и приветы от Него. Весь мир начинает шептать ему: «Он тебя любит». Человек хочет оставаться в сказке, а для этого ему приходится поверить, что его связь с возлюбленным нерушима вот уже несколько реинкарнаций, а их союз — предопределен свыше. И практически невозможно доказать такому человеку, что разлюбив Таню или Петю, он будет жить в тысячу раз лучше, пусть не так феерично, но зато в своем уме.

© Марина Комиссарова




Главная | Психоалхимия | Публикации | Контакт

© 2009—2017 Марина Комиссарова