main contact

Человек будущего

«Эгоист generation», май 2009, рубрика «Тайное и явное»

Через полтора-два века человечество станет другим. Прогнозировать эволюцию вида очень сложно, поскольку невозможно учесть все факторы, влияющие на нее. Однако даже абстрактные прогнозы — вещь интересная, и, если допустить, что никакие глобальные факторы, типа катастроф, стихийных бедствий и радикальных политических переворотов не вмешаются в ход событий, можно попробовать описать, какими будут люди через пару сотен лет.

Марина Комиссарова. Человек Будущего

Главное, с чем придется попрощаться людям, как считают социологи, это разница полов. Она и сейчас стремительно уменьшается с каждым поколением, однако нам трудно представить, что через сто лет мужчины не будут отличаться от женщин практически ничем. Антропологи предсказывают, что даже рост и мышечные характеристики женщин приблизятся к мужским, поскольку до гендерной революции естественный отбор совершался так, что мужчины ценились крепкие и крупные, а женщины рыхлые и приземистые. Последние поколения отбора альфа-самка — высока, длиннонога, узкобедра, и за несколько поколений это приведет к тому, что женщины почти сравняются с мужчинами в росте и строении тела.

Гендеры исчезнут тоже, поскольку они — следствие ничего иного, как экономического разделения обязанностей: Ж — деторождение и обслуживание, М — обеспечение и защита. Именно от этого разделения произошла разница в поведении, характере и имидже М и Ж. Когда экономические роли полностью сравняются, то есть будет завершен процесс, идущий сейчас полным ходом, для разного имиджа не останется никаких оснований. Не останется так же классового деления и даже профессионального, вернее, оно будет намного менее выражено. Людей рабочих специальностей не будет, поскольку примитивный труд будет полностью механизирован. И хотя люди все еще будут делиться на более способных и менее, эта разница будет намного больше нивелирована, чем нам это сейчас представляется.

Детей будут выращивать в специальных сосудах вплоть до рождения на свет. Возможно, это станет обычным делом не через полтора века, а немного позже, однако это неминуемый этап эволюции, как бы ни коробило от этой мысли нынешних людей. Нам кажется таким естественным и красивым переживать беременность и роды. Однако нам уже не кажется неестественно уродливым зачатие ин витро или кормление специальной смесью, если нет возможности зачать и кормить. Нам кажутся очень естественными памперсы вместо пеленок и контрацепция вместо ежегодных родов. Нам кажется правильным исследовать течение беременности на современном оборудовании, брать анализы у эмбриона в случае показаний, оперировать нарушения и делать кесарево сечение, если есть угроза матери и ребенку.

Все то, что казалось диким пару веков назад, нам сейчас кажется правильным. Мы привыкли и оценили преимущества и удобства. Точно так же нашим потомкам будет казаться нормальным факт, что ребенка можно выращивать в специальной емкости, создав ему идеальную иммуномодулированную среду развития, наблюдая за его ростом и не допуская, чтобы несовершенный организм матери, ее стрессы, болезни, нарушения диеты сказывались на ребенке, а одновременно не допуская, чтобы ребенок вынуждал мать жертвовать своим здоровьем и годами полноценной деятельности.

Идея памперсов тоже не у всех сразу нашла одобрения. Многие считали, что лишь ленивые матери допустят, чтобы их ребенок находился день деньской в непромокаемой синететике, однако, сейчас понятно, что таким образом происходит великая экономия моральных и физических сил и матери, и младенца. Сейчас нам кажется дикостью и бредом требовать у матери менять пять раз за ночь марлевые подгузники, не давая спать ей и малышу. Возможно лет через двести, будет казаться дикостью и бредом носить ребенка в собственном животе как животное. Это будет считаться чем-то первобытным и выглядеть ретроградным чудачеством, как сейчас принципиальный отказ от прививок и операций.

Демографическая проблема, конечно, будет успешно решена. Сколько нужно детей, столько их и будет. Кризис семьи и окончательный упадок родового строя приведет к тому, что не будет большой разницы между понятием свой ребенок и чужой. Не надо думать, что дети будут лишены родительского тепла и понимания. Наоборот. Человек будет способен давать тепло и понимание не только физиологическому потомству, но будет с восхищением и обожанием относиться к любому человеческому детенышу.

Предпочтение генетических детей будет казаться таким же диким, каким сейчас кажется оголтелый расизм. Нам кажется нормальным любить родного ребенка и относиться равнодушно к чужому, однако уже сейчас люди начинают стыдиться своего равнодушия и все больше культивируют в себе гуманность. Социологи-прогнозисты считают, что это качество будет развиваться и достигнет логического максимума. Родового отчуждения и любви по принципу кровного родства не будет точно так же, как сейчас изживается отчуждение и превосходство по принципу расы и нации.

Лекарство от болезней, телесных и душевных, будет найдено. Гормонотерапию заменит нейротерапия, которая будет включать в себя не столько нейрохимию, сколько нейрофизику. Людям станет окончательно понятно то, что озвучил еще Вольтер: «Труд — источник удовольствий» или Аристотель: «Ничто не истощает и не разрушает человека, как продолжительное физическое бездействие». Механизм счастья будет изучен, и люди перестанут искать удовольствия в лени, точно поняв, что это взаимоисключающие вещи.

Источник здоровья находится в интенсивной и планомерной деятельности. Уже сейчас большее число ученых, изучающих проблему долголетия, считают, что главным фактором излечения от болезней и продления жизни является вдохновенная деятельность и одержимость какой-то творческой, научной или иной общественной целью. Через сто или двести лет это станет окончательно понятным и изученным. На бездельничающего человека, бессмысленно и бесцельно слоняющегося по жизни, будут смотреть как сейчас смотрят на голодающего, то есть с тревогой и ожиданием скорого истощения и смерти.

Нравственный принцип почти полностью заменит мораль. Преступления одного человека против других будут относиться к разряду психических заболеваний. Здоровый человек ради собственной душевной гармонии, здоровья и счастья не сможет и не захочет преступать нравственный закон. Убийство будет считаться тем, чем считается сейчас, например, каннибализм, не оправданный голодом, — странным и страшным извращением, следствием помешательства. Оптимальный материальный комфорт, необходимый для жизни, будет у каждого человека, поскольку технический прогресс достигнет большой высоты, избыточный комфорт будет считаться вредным и опасным для жизни и здоровья, а потребность во власти будет сведена на нет, так как властолюбие станет считаться таким же вредным качеством как шовинизм, а стремящихся к власти будут считать неполноценными, извращенными людьми с избытком болезненной агрессии. Люди будут идеализировать смирение и альтруизм.

Такое устройство социума возникнет не в результате социалистической революции, а естественным историческим путем, благодаря развитию экономики, медицины и техники, которые в какой-то момент позволят человеку получить в руки рычаги для управления тем самым принципом удовольствия, вокруг которого и строится человеческая жизнь. Окажется, что эти рычаги бесполезно искать в области материального накопления и реализации амбиций, их надо искать в области самодисциплины и самореализации. То, что сейчас кажется красивыми, но абстрактными баснями, людям будет очевидно так же, как сейчас нам очевидно, например, то, что детей убивать нельзя и бить их очень вредно. А ведь несколько веков назад это было совершенно не очевидно, напротив, очевидным казалось другое: что детей убивать можно, а бить очень полезно.

Человечество эволюционирует, и даже если перечисленные прогнозы кажутся вам утопичными, им невозможно отказать в социально-исторической логике.

© Марина Комиссарова




Главная | Психоалхимия | Публикации | Контакт

© 2009—2017 Марина Комиссарова