main contact

Цензура страсти

«Эгоист generation», июнь 2005, рубрика «Испытание чувств»

Пресловутый сексуальный центр — не басня, которой я третий год кормлю соловьев-читателей, и не очки, которые я цепляю на нос, чтобы придать лицу умное выражение. Сексуальный центр — вещь серьезная, а его развитие — вполне серьезный повод для полетов во сне и наяву.

marina-komissarova-cenzura-strasti

Кстати, о птичках. Считается, что пчелы живут аскетично, подавляя сексуальные потребности на благо обществу. Но кто расспрашивал пчелу о ее сексуальной жизни?

Если взять среднестатистическую неудовлетворенную женщину и среднестатистического неудовлетворенного мужчину (а среднестатистические мужчины и женщины не удовлетворены) и отправить на необитаемый остров, эти разнополые среднестатистические граждане не обязательно сольются в экстазе. Снявшие стресс на берегу океана люди, исключившие причины авитаминоза плодами субтропических пальм, чувствуют сексуальный подъем, однако, их разогретая солнцем плоть, освобожденная из-под цензуры, не обязательно тянется друг к другу. Первое время, возможно, среднестатистические граждане по привычке будут испытывать интерес к половым признакам друг друга. Может быть, им покажется, что секс отвлекает их от грустных мыслей о родине, и они постараются нырнуть в него с головой. Вскоре, однако, их голова начнет всплывать на поверхность и сопротивляться погружению. Если бы среднестатистическим гражданам было свойственно аналитическое мышление, они пришли бы к удивительному заключению, что источник влечения друг к другу находится не внутри их маленького коллектива, а по ту сторону океана, на покинутой ими родине, и это влечение имеет не биологическую, а социальную природу.

Когда Маркиз де Сад требовал в своих неистовых манифестах избавить секс от морали и отдать во власть кровожадной природе, он упустил из виду, что природа его собственного сексуального влечения — это отрицание морали и, потеряв объект отрицания, он лишится и влечения. Когда Французская революция узаконила убийство, Сад был оскорблен в своих наилучших эротических чувствах. Гильотина уничтожила поэтику извращенного эротизма. В роли главного присяжного революционного суда Сад чаще всего оправдывал обвиняемого. В декабре 1793 года «неистового маркиза» заключили в тюрьму по обвинению в «умеренности». Освобожденный через год, он писал: «Республиканская тюрьма с ее вечной гильотиной перед глазами нанесла мне в сто раз больше вреда, чем все Бастилии вместе взятые». «Лишенный социальных и семейных рамок, которые были ему, тем не менее, необходимы, — писала Симона де Бовуар, — Сад влачил жалкое существование в нищете и болезнях, работал в Версальском театре за сорок су в день».

Печальный пример Сада никого не сделал умней. Люди продолжают думать, что в них бурлят половые гормоны и заставляют их искать сексуальные объекты. Еще более глупые люди полагают, что дело в инстинкте продолжения рода, который вынуждает гормоны бурлить и заставлять человека искать объекты. На самом деле человеческая сексуальность устроена иначе. Во-первых, ее центр расположен в мозгу и сам руководит гормональной системой, а не наоборот. Во-вторых, сексуальность формируется в сенситивный период социальной адаптации ребенка и имеет не столько биологическую, сколько социальную природу. В-третьих, продолжение рода — побочный эффект, а не основная функция человеческой сексуальности.

Выживание человеческого вида, на минуточку, зависит не от размножения. Даже инстинкт животных направлен не на количественное, а на качественное размножение. Качества, обеспечивающее выживание, различны для животных и людей, вот почему их сексуальность нельзя даже сравнивать. Конституция животных обусловлена генетически, поэтому качественного размножения достаточно, чтобы самок оплодотворяли самые сильные, то есть самые здоровые самцы. Конституция человека почти не зависит от генов родителей. Организмом человека управляет мозг с центром самосознания. Сознание влияет на гормональную систему, а гормональный дисбаланс способен в кратчайшие сроки разрушить самый крепкий организм. Животное не мыслит, вот почему оно последовательно реализует генетический потенциал. Для здоровья человека основное значение имеет не материал оплодотворенной яйцеклетки, а условия формирования его нервной системы. Хотя сексуальность, без сомнения, — это двигатель эволюции, нельзя путать выживание вида с продолжением рода. Отдельная личность может сделать для выживания человечества гораздо больше, чем многодетная семья. Многодетные семьи погибают во время эпидемии или войны, тогда как отдельная личность ученого или политика способна создать спасительную вакцину или урегулировать национальный конфликт.

Функцию сексуального центра условно можно определить как регулятор баланса между центробежной силой и центростремительной. Центробежное направление силы древние называли активным началом, центростремительное — пассивным. Первое направление заставляет жизненную энергию расширять границы индивидуального бытия, второе сохранять эти границы. Только при синхронном взаимодействии двух разнонаправленных сил возможно развитие отдельного человека и эволюция вида. То, что выглядит, как сексуальная страсть является центробежной энергией, недаром и у мужчин, и у женщин за половое влечение отвечают мужские половые гормоны, преимущественно тестостерон. Однако, усиление центробежной силы не происходит без синхронного увеличения центростремительной, вот почему сильная страсть сопровождается всплеском амбиций, ревностью и желанием присвоить себе возлюбленного.

Формирование сексуального механизма осуществляется на индивидуальном материале эмоционально окрашенных впечатлений в процессе полового созревания, с пяти лет и до конца пубертата. Эмоциональная окраска впечатлений в свою очередь зависит от строения мозга ребенка к пяти годам. Неправильно думать, что мозг состоит из нейронов и синапсов. Более верно представление, что мозг строится из негативных и позитивных ассоциаций, которые возникают и накапливаются в результате сложного синтеза.

То, что в обиходе, называется комплексами — является торможением центростремительной силы. Чем больше тормозов, тем меньше возможность для увеличения силы центробежной. В результате человек не способен к естественному переживанию любви, он чувствует страх перед болью и подавляет чувства. «Влюбленный в себя соперников не замечает» — сказал Цицерон. Однако, он имел в виду действительную любовь к себе. Большинство людей используют самовлюбленность как защитный панцирь, скрывающий самоосуждение. Действительно влюбленный в себя, обладает потенциалом центростремительной силы, а значит и силы центробежной. Он способен любить, однако, любовь такого человека не бывает страстной. В страсти заложен болезненный компонент сопротивления центростремительной силы. То, что называется эгоизмом с негативной окраской этого слова — всего лишь поиск человеком доказательств собственной ценности. Когда ценность безусловна, любовь к себе стимулирует любовь к другому, и наоборот.

Если кто-то заранее затосковал о страсти, которая исчезает с развитием центростремительной силы, он опечалил себя напрасно. В этом воплощении ему вряд ли удастся полюбить себя настолько безудержно, чтобы влюбившись в другого, не испытать страсти. Любящие себя не воплощаются здесь или воплощаются в ином обличье. Ангелов каких-нибудь бестелесных или, может быть, пчел. Что касается пчел, их зря считают братьями меньшими априори лишь потому, что человек помогает им строить улья, а потом эти улья грабит. По всей видимости, пчелы плохо опознают людей и считают участие пчеловодов в своей жизни чем-то вроде явлений природы. Позитивных — наподобие дождей в засушливое лето, или негативных — наподобие ураганов, опустошающих поселения. Мы, однако, не должны находить в этом признаки недалекого пчелиного ума. Возможно, это всего лишь особенности пчелиного зрения. Кто поручится за то, что благодатные дожди и разрушительные ураганы — не вмешательство в нашу жизнь существ, живущих с нами бок о бок? Может быть то, что мы принимаем за стихию — быт цивилизации, которую мы не видим и не опознаем по причине особенностей нашего зрения? Полагать, будто, кто кого не опознает, тот и низший разум, по меньшей мере, недальновидно.

Я описывала взаимодействие центробежной и центростремительной сил кропотливо, не отвлекаясь на казусы и шутки, не для того, чтобы погрузить глупых читателей в сон, а умным заморочить голову. И глупые, и умные читатели могут воспользоваться преимуществом печатного слова, вновь и вновь возвращаясь к первой главе и перечитывая непонятые места. Слава издателю, эти сакральные строчки не бегут по облакам, а имеют материальное облачение в виде глянцевых страниц. В строчках, щедро подаренных мною читателям, содержится ответ на вечные вопросы, почему любовь приносит больше боли, чем наслаждения, и что с этой болью делать?

Прежде чем бороться с болью, следует понять, что любовь — это естественное состояние человека. Центробежная сила человеческой природы старается вытолкнуть нас из скорлупки собственного я, вызывая влечение к другому индивидууму. Боль, которая неизбежно возникает вслед за любовью, объясняется столкновением центростремительной силы с дремлющими комплексами. «Она прекрасна, а чего стою я?» — эта мысль характерна для влюбленного. Еще недавно человек полагал себя важным субъектом, но, влюбившись, сразу начал сомневаться в себе и страдать. Так действует центростремительная сила, направленная в сторону эго, которая всегда старается компенсировать силу центробежную, то есть влечение к другому. Необходимо понимать, что страдания — всего лишь шлаки любви, возникающие из-за ущербности самооценки, не выдерживающей рост центростремительной силы. Начав страдать, человек не может остановиться, он начинает любить еще более страстно, потому что видит в объекте избавление от страданий. «Если она полюбит меня, значит, я чего-то стою».
При столкновении с болью в результате любви человек допускает одну из двух ошибок. Это две крайности, каждая из которых по-своему опасна. Первая — это трусость, вторая — предательство себя. Трусливые люди избегают любви и, едва почувствовав ее приближение, стараются себя охладить или перенести внимание на другие объекты.

Еще Лукреций в своей «Природе вещей» давал такой порочный совет: «Избегнуть тенет любовных и в сеть не попасться легче гораздо, чем, там очутившись, обратно на волю выйти, порвавши узлы, сплетенные крепко Венерой. Но и запутавшись в них, ты все-таки мог бы избегнуть зла, если сам ты себе поперек не стоял бы дороги, не замечая совсем пороков души или тела и недостатков у той, которой желаешь и жаждешь. Но даже будь у нее лицо как угодно прекрасно, пусть и все тело ее обаянием дышит Венеры, ведь и другие же есть, без нее-то ведь жили мы раньше. Все, что дурные собой, она делает так же, мы знаем, и отравляет себя, несчастная, запахом скверным, так что служанки бегут от нее и украдкой смеются». В идеализации возлюбленной Лукреций видит досадную человеческую слабость, не желая замечать могучей природной силы.
В результате трусливого поведения человек может сохранить свои комплексы в неприкосновенности и тем самым избежать боли. Однако, ущемление центробежной силы влечения вызывает в человеке состояние апатии и импотенции моральной и физической. Если потенция центробежной силы велика, она может сломать блокировку, в этом случае человека захватит страсть, более разрушительная, чем она могла быть, если бы ей не сопротивлялись. Иссушающая страсть — это любовь, которой не дали дорогу.

Другая крайность в обращении с любовью — отречение от себя. Чтобы избежать боли, человек блокирует центростремительную силу. Он не желает прислушиваться к своему самолюбию и игнорирует его требования. Человек сладострастно отдается чувствам и растворяется в жертвенной любви. Но если разрушить любовь человек еще в силах, уничтожить самолюбие — нет. Рано или поздно на него обрушивается осознание собственного ничтожества, сопровождаемое такой болью, что он может потерять рассудок.

Единственным правильным поведением является смелый шаг навстречу зарождающимся чувствам и решительное согласие работать над собственной самооценкой. Любовь нужно принимать как естественное развитие своей индивидуальности. Как для мануального терапевта боль, которую испытывает пациент, является указанием на зоны для тщательной проработки, человек должен быть благодарен любовным страданиям хотя бы за то, что они помогают ему обнаружить собственные слабости. Любовь обладает могучей живительной силой. Она дает человеку не только центробежный потенциал, то есть творческую силу для преобразования внешнего мира, но и центростремительную энергию для трансформации внутренней природы.

Взаимоотношения с любовью у мужчин и женщин различны. Мужчины обладают проявленным мужским началом и скрытым женским. Женщины проявленным женским и скрытым мужским. Хотя центробежные и центростремительные силы в тех и других уравновешены, достижение этого равновесия у мужчин и женщин происходит по-разному.

© Марина Комиссарова




Главная | Психоалхимия | Публикации | Контакт

© 2009—2017 Марина Комиссарова